16+
знач.знач.
EURUSD14/0475.68EUREUR14/0490.54
Последняя новость:

  • 100 дней пехотинца

    К 70-летию Победы в Великой Отечественной войне

    2015-07-074760
    100 дней пехотинца

    …Нет в России семьи такой, где не памятен был свой герой. Герой нашей семьи, это старший брат моего отца, Илья Данилович Петров. Воевал с 1943 по 1945 годы. Был четырежды ранен, в последний раз тяжело - ампутация правой ноги. Его боевые награды: ордена «Отечественной войны» 1 и 2 степени», медали «За Победу над Германией», «За Отвагу», «За взятие Берлина», благодарность от Верховного Главнокомандующего. Есть другие медали и знаки, полученные уже в мирное время. Всего их 18.Непосредственно в боях он был в общей сложности около 100 дней. Много это или мало? По меркам сегодняшних солдат - пустяк. Целая жизнь - по меркам настоящей Войны. Я пишу от его имени, потому что Илья Данилович, несмотря на то, что сам стал писателем и написал много про своих однополчан-земляков и других людей, о себе самом не писал почти ничего. Эти воспоминания, как паззлы складывались из его записей, воспоминаний, рассказов других фронтовиков, опыта моей собственной службы, и записей других людей с которыми довелось встретиться моему родственнику.

    Призыв

    Долгожданная повестка из военкомата пришла всё равно неожиданно:  17 августа 1943 года, в самый сенокос. Я уже знал, что этим летом попаду в армию, стремясь закончить все дела до призыва, заготовлял дрова, сено  и т.д., чтобы семья без меня не нуждалась. В тот памятный день я находился на дальнем участке сенокоса, мой отец, Данила Петрович получив повестку, шёл с ней ко мне целый день. Первый раз за свою жизнь я покидаю свой край, родной Мастахский наслег и расстаюсь с семьёй. Немного грустно, неизвестность страшит. Гоню от себя эти мысли, думаю о предстоящих боях. В победе над врагом сомнений ни малейших нет. Наша армия уже надавала фрицам по зубам! Уже были победы под Москвой, Курском мы наступаем. Каким солдатом я стану? Не будет ли моим близким стыдно за меня? Ведь я почти не знаю русского языка, малограмотен. Смерть не страшит, кого она страшит в 18 лет? Прощания, сборы, проводы в парке, наконец, отправка, до Вилюйска на машине, 17 комсомольцев, из Вилюйска до Якутска на пароходе «Пятилетка» - 300-400 новобранцев, все из наших наслегов. Митинг на пристани, слёзы, гудок парохода. Все ли вернёмся домой?

    Учебка

    В учебном пехотном полку, куда я попал, а находился он во внутренней Монголии, было много якутов и вообще дальневосточников. Переодевшись в гимнастерки, мы сразу почувствовали себя солдатами. Слова присяги «Я, гражданин Советского союза! Вступая в ряды Вооружённых сил торжественно клянусь….» огнём выжигались в наших сердцах. Учёба давалась легко, командиры были толковые, многие с боевым опытом. Наука окапываться много раз, потом спасала жизнь. Учиться было интересно, узнал много нового, изучил пулемёт ДП-38, «Максим», мины, трофейное оружие. Всё, я готов, скорей бы в бой! «Не торопитесь!», - смеются офицеры, - «Лучше занимайтесь. Сделаем из вас отборных вояк, тогда и на фронт!». В общем, подготовили нас к войне основательно всего за три месяца.

    Первый бой

    На формировании мы были в начале 1944года. В Белоруссии под Витебском пришлось расстаться с земляками. Я попал в лыжный батальон 455 стрелкового полка, в составе 39 Гвардейской дивизии, это 1-ый Белорусский фронт. Много молодых солдат, таких же как я парней, со всей страны: украинцы, русские, казахи, татары, интернационал в общем. Подружился со многими. Наконец приказ, вышли на исходные ночью в поле, слякоть грязь, а что поделаешь? Залегли в цепи. Место открытое, Быстро окопался, лежим, ждём, перед нами лесок - там немцы, наверняка нас уже ждут. Иногда постреливают в нас из пулемёта. Сзади нас взлетает красная ракета, это сигнал! Вдруг сзади начинают работать «катюши»! Вой рёв ночь превратилась в день, земля трясётся, на позициях немцев просто ад. Это радует, очень страшно хочется превратиться в комочек или зарыться в землю поглубже. Ребята наши все встали и двинулись вперёд, оказывается, была команда. Надо подойти к немцам поближе, пока идёт обстрел. Снаряды летят прямо над головой, ноги ватные, пот заливает глаза, сапоги вязнут в грязи.  Вот они окопы! Там уже никого нет, траншеи завалены, блиндажи горят, драпанул немец! Прошли какое-то расстояние, начали попадаться немцы, сопротивления не оказывают, отвели их в тыл и сдали в хозвзвод.

    Друг

    Подружился я с одним пареньком, очень привязались друг к другу. Коля Кротик (Кротич?), украинец, его родное село (хутор) всё ещё оккупировано, он успел получить из дома, от брата только одно письмо. Всякий раз как в роту приходил почтальон и раздавал письма, Коля садился в одиночестве и перечитывал треугольник брата. О чём думал он? Что написал его брат? Мне-то письма приходили регулярно, ребята наши каждый раз удивлялись и радовались за меня «О! опять нашему Илюше письмо!» Иногда приходили посылки от незнакомых людей. Даже от детей, с тёплыми вещами или кисетом. Как будто от своих родных, да что там! это и есть родные люди. Вся наша страна заботиться о нас своих сыновьях. Делили это всё по братски. Я рассказывал о своей Якутии Коле. Он мне о своём доме, очень он удивлялся 50 градусным морозам.

    Тяжёлый бой, разведка

    Зима, мы наступаем, я уже считаюсь опытным воином. Подошли к какому-то селу, да войти туда не можем, из-за высотки миномёты бьют, прижали нас. Ротный говорит: «Сейчас артиллерию наведём!» Однако куда бить? Нужны точные координаты. Приказал мне и Коле идти как опытным бойцам в разведку, дал карту и бинокль. Поползли , пулемёт бьёт прямо по нам, пули вспахивают снег перед нами и свистят над головой, иногда он затыкается, это наши прикрывают нас огнём. В этот момент рывком вперёд! Упасть отползти и дальше вперёд. Иногда такой плотный огонь что приходилось закапываться в снег и ползти в снежном тоннеле. Наконец мы на вершине!  Притаились, слышна немецкая речь, совсем близко! Не ждут нас гады, думают, что убили разведчиков. Коля говорит: «Давай пришьём их, это то самое пулемётное гнездо, что нас обстреляло» Приготовили автоматы, вскочили, Огонь! Однако и нас заметили. Стреляют в нас, запрыгнули к пулемётчикам в окоп, отсиделись. Опять миномёты начали бить по «нашим». Я выглянул,  засёк их. Коля на карте пометки поставил. Что-то ещё есть у фрицев, надо рассмотреть, привстал я, и вдруг что-то ударило меня вбок прямо в подмышку. Всё ранен, сполз вниз. Коля дружок мой склонился надо мной, перевязывает, а слёзы капают на моё лицо из его голубых глаз. Наша карта-донесение, должна быть доставлена командиру любой ценой, но и бросать меня Коля не собирался , потащились кое-как, Тяжело ему было. Остановился отдохнуть, привстал и вдруг тенькнуло что-то, «Ой!» только сказал Коля и упал на меня. Пуля пробила ему голову сквозь каску. Наши заметили и вытащили нас. Деревушку мы взяли, да только я уже был в медсанбате, пуля пробила лёгкое.

    (Продолжение в следующем номере).

    Рубрики:

  • отправить другу
  • распечатать
  • Комментарии

    Имя
    E-mail
    Текст
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
     
    Отправить
    Сбросить